Пиши Дома Нужные Работы


ФИЛОСОФИЯ, КРУГ ЕЕ ПРОБЛЕМ И РОЛЬ В ОБЩЕСТВЕ

Лекция 1.

1. Значение слова "философия".

2. Соотношение действительности и идеалов как общая закономер­ность умственно-культурного развития человечества.

3. Формы выражения идеалов.

4. Мировоззренческий характер идеалов.

5. Философия как одна из форм выражения идеалов.

6. Рациональность и иррациональность.

7. Философия и наука.

1. В древней Греции в У11 - У1 вв. до н. э. жили семь мудрецов -"софосов", по древнегречески. Это были мыслители и государственные деятели, отличавшиеся практической жизненной мудростью. Считалось, что они знают, как правильно жить, и могут своими советами научать тому же остальных людей. Наиболее известен из них Солон, который в Афинах провел реформы, ускорившие ликвидацию пережитков родового строя и смягчившие социальные противоречия, вызванные переходом к классовому обществу. К тому времени значительная часть населения, запутавшись в долгах, лишилась не только заложенной ранее земли, но и личной свободы, будучи вынужденной пойти в рабство к кредиторам. Солон отменил поземельную задолженность, запретил долговое рабство, ввел земельный максимум. Все граждане были разделены им на четыре разряда в соответствии с имущественным цензом, с различными общест­венными правами я обязанностями. Так, принадлежавшие в сословию "всадников" должны были являться на войну с конем и тяжелым вооруже­нием.

Свои мысли эти мудрецы выражали в виде кратких, но глубоких по содержанию, выдающихся по оригинальности и обобщенности изречений - афоризмов, наподобие пословиц. Вот некоторые из них: "Лучше всего - это знать меру" (Клеобул); "Ничего слишком" (Солон); "Нажива ненасытна" (Питтак); "Плохие люди составляют большинство" (Биант); "Познай самого себя" (Хилон). Хорошо видно, какие проблемы тогдашней социальной жизни, не утратившие, к сожалению, актуальности до сих пор, отразились в этих изречениях.

Последним мудрецом (толе призывавшим "соблюдать меру") и первым философом был Фалес (УII - УI вв. до н.э.), живший в городе Милете на побережье Малой Азии (где тогда находились греческие колонии). В строгом смысле слова, философы - это не мудрецы, а "любители" мудрости (стремящиеся к ней). На это как раз и указывает расшифровка самого термина "философия" (фило - люблю, софия - мудрость), введен­ного в У1 в. до н.э. всем известным Пифагором. Вместе с тем это оз­начало, что философы - не столько практики, сколько теоретики. Так, Фалес, наблюдая за ночным небом, свалился в яму, вызвав насмешливое замечание проходившей мимо старухи, что философы пытаются разглядеть что-то далекое, не будучи способными увидать то, что находится у них под ногами. Однако именно интерес к теории сделал этих мыслителей первыми учеными. Фалес был и астрономом, предсказав наступление сол­нечного затмения, и математиком, сформулировав, в частности, ряд признаков равенства треугольников. Последнее позволило ему найти вы­ход в практику путем вычисления расстояния до корабля, находящегося вдали от берега.

Во второй половине У в. до н.э. в Греции появились софисты - учителя мудрости, т.е. накопленных к тому времени знаний. Они впер­вые стали брать плату за обучение, сделав его своей профессией.

2. Действительность - это то, что существует, а именно природа и общество в их данном определенном состоянии. Рассмотрим предполо­жительную исходную ступень действительности. Тогда природа была изобильной (по просторам Сибири бродили стада мамонтов. Сахара имела пышную растительность и богатый животный мир) и людям не требовалось больших усилий и изобретательности, чтобы успешно добывать средства существования. Это, в свою очередь, гарантировало мирное сотрудниче­ство между ними. Ясно, что такая действительность должна была удов­летворять людей. Однако со временем природа стала истощаться по при­чине, как климатических изменений, так и разрушительных последствий человеческой деятельности. Усилия людей уже не давали нужных резуль­татов, что неизбежно приводило к раздорам при дележе средств сущест­вования. Все это означало, что прежняя действительность пришла в со­стояние кризиса и перестала удовлетворять людей. Тогда-то и возникла потребность в выработке идеалов.

Идеалы - это высшие цели человечества, определяемые с помощью сознания, т.е. воображения и мышления, и представляющие проекты, планы, картины, - лучшей, более совершенной, чем прежняя, действитель­ность. "Идеальное" - значит "нереальное", не существующее в данный мо­мент. Однако люди способны, руководствуясь идеалами и опираясь на объективные возможности, преобразовать условия своего существования и создать в будущем новую, удовлетворяющую их действительность, под­нять ее на следующую ступень. В конце концов, и эта действительность впадает в кризис, и повторяется тот же цикл (круг), но на более вы­соком уровне развития.

Продемонстрируем этот процесс на примере нашей перестройки и пост­перестройки. Октябрьская революция 1917 года была попыткой преодолеть социальный кризис старой России посредством осуществления коммунис­тических идеалов. Но то, что из этого получилось, привело, в конце концов, к еще более глубокому кризису в большинстве сторон, как приро­ды, так и общества. Не только не удалось догнать, а тем более пере­гнать, развитые капиталистические страны, но отставание от них стало нарастать. Это побудило с 1985 года к проведению реформ с целью ре­ализации таких демократических идеалов, как экономическая, правовая, политическая и духовная свобода. Другое дело, что эти реформы до сих пор проводились не лучшим образом, породив у многих людей разочарование в настоящем, и ностальгию по советскому прошлому.

3. По отношению к прежней действительности идеалы неизбежно но­сят "нереальный", т.е. иллюзорный, "утопический" характер. Их "реальность" может быть оправдана лишь будущей действительностью. Однако и по отношению к последней они далеко не сразу приобретают подходя­щую для реализации форму. Вначале, когда будущая действительность выступает всего лишь в качестве отдаленной перспективы, и очертания ее лишь смутно угадываются, идеалы могут иметь, как правило, только религиозно-мифологическую форму, характеризуемую такой чертой, как фантастичность. Представления разных народов о "золотом вене" или о рае могут служить здесь достаточной иллюстрацией. Это не значит, что была вполне обоснованной резная критика религиозно-мифологического мировоззрения со стороны так называемого "научного атеизма", имено­вавшего его "опиумом народа" или "духовной сивухой". Вера в "сверхъ­естественное", присущая религии, выражает как раз, в конечном счете, именно устремленность к идеалу, хотя и довольно наивным и даже гру­бым образом. Первобытная религия с ее культом и мифами в "синкрети­ческом" (нерасчлененном) виде содержала зародыши всех более поздних форм отношения человека к миру, что особенно видно на примере проб­лемы происхождения искусства. Также и мораль вначале необходимо дол­жна была иметь религиозную оболочку, а астрономии и химии, как изве­стно, предшествовали астрология и алхимия. Таким образом, религиоз­но-мифологическое восприятие мира вовсе не стояло в стороне от маги­стральной линии умственно-культурного развития человечества, представляя собой его закономерный этап.

И все же фантастичность этой первоначальной формы выражения идеалов несомненно препятствовала рациональным способам улучшения действительности, а попытки религии прямым образом навязать послед­ней свои установки приводили сплошь .и рядом к губительным послед­ствиям. Достаточно вспомнить практику массовых человеческих жертвоприношений. Поэтому требовалось перейти к следующей форме, в зна­чительной мере преодолевающей прежнюю фантастичность, а потому бо­лее близкой к действительности. Такой формой явилась философия, заменившая олицетворение природных сил в образах антропоморфных бо­гов мыслительными понятиями этих сил. В то же время в философии идеалы представлены в самом общем виде, что влечет такую ее харак­терную черту, как абстрактность (отвлеченность), означающую доволь­но значительную степень удаленности от действительности.

Логичным шагом вперед на этом пути был бы, очевидно, переход я конкретности, каковая и выступает в качестве существенной черты очередных форм: науки, морали и искусства. Оперируя точным знанием фактов и законов, наука создает надежную возможность правильной ориентировки в окружающем мире. Мораль регулирует отношения иезду людьми таким образом, чтобы в них царило согласие, а соблюдение обеспечивающих это согласие норм поведения гарантировалось бы не внешним принуждением, а внутренним убеждением. Искусство воспроиз­водит в художественных образах все многообразие человеческих проб­лем. Но всем этим формам присуща идеальная приподнятость над повсе­дневностью. Высоты науки остаются достоянием выдающихся умов, неу­коснительно следуют всем моральным заповедям не столь уж многие, а искусство все-таки переносит нас в воображаемые миры. Необходимо дальнейшее "приземление".

Эту задачу выполняет техника с ее отличительной чертой прикладности. Она претворяет научные истины в искусные приемы и хитроум­ные устройства, разрабатывает систему нравственного воспитания, снабжает художников материальными принадлежностями. Однако благода­ря этому разве что мораль получает отчасти прямой выход в самую жизнь, а остальное по-прежнему нуждается для этой цели в посредст­вующем звене. Таковым оказывается "троица": экономика, право, поли­тика.

Их ведущим принципом является эффективность, результативность. Технические изобретения внедряются в производство, наиболее рацио­нальным образом организуются взаимоотношения людей, связанные с их имуществом, личной безопасностью и т.п., строится система управле­ния обществом. На первый взгляд может показаться, что на этом поз­волительно было Установиться. Но это не так.

Конечным пунктом этого процесса следует, очевидно, считать та­кую ферму осуществления идеалов, которая доходит до каждого отдель­ного человека, становится его "микросредой", преображает его непо­средственную жизнедеятельность. Имеется в виду, конечно, быт, так сказать, "интимная" сфера существования индивида с такой ее специ­фической чертой, как полезность. Полезность надо понимать в плане не только удовлетворения потребностей, но и развития способностей. Она деляна проявлять себя не только дома, но и на работе.

Эта заключительная форма известна, конечно, всей. Знакомство с предыдущими формами менее основательно, а нередко и просто поверх­ностно. Потому и им со стороны довольно многих не придается должно­го значения. Роль экономики оценивается с чисто потребительской то­чки зрения, принудительная функция правовых норм вызывает негатив­ные эмоции, возможность влиять на политику путем участия в выборах не слишком привлекает. Философия и вовсе представляет собой terra incognita. А между тем даже домашние хозяйки должны понимать, что нынешний уровень их быта, на которой замыкаются их интересы, обес­печен всеми названными формами выражения идеалов и что будь, ска­жем, философия иной, то и он был бы иным.

Впрочем, вопрос можно поставить и так: раз пенное в перспектив­ном плане содержание, имеющееся в предыдущих формах, наследуется последующими, принимая в них более подходящий вид, не целесообразно ли просто удовлетвориться результатами, не интересуясь тем, что к ним привело? Что ж, по большей части так и происходит, но именно в силу ограниченности возможностей каждого индивида, его времени и ресурсов, а не в силу отсутствия требующей решения задачи. Дело в том, что первоначальные формы намечают широкое поле возможностей, лишь часть которых реализуется более поздними формами. Потому-то и говорят, что религия и философия занимаются "вечными" вопросам, а для техники фундаментальная наука всегда остается неисчерпаемым ис­точником новых идей. Каждый человек, в принципе, способен, трудясь по своей специальности, приобщаться в той или иной степени и к "вы­соким материям", проходя в темпе индивидуальной жизни все стадии рассмотренного выше "метаморфоза" идеалов. Итогом станет его "духо­вное обогащение".

4. Когда кризис охватывает прежнюю действительность, то он ка­сается самих ее основ, связывающих воедино все ее стороны. Она тем самым выступает, как взятый в целом старый мир, который требуется заменить тоже взятым в целом - новым миром (вспомним слова известной песни: "Весь мир насилья мы разрушим... мы наш, мы новый мир пост­роим"). Вместе с тем, изменяя действительность, люди должны изме­няться и сами. Это значит, что прежний тип человека необходимо уступает место другому, более совершенному типу человека. Это может выражаться в существенном изменении характера потребностей и спо­собностей людей, их образа мышления и действия. Так, привычка со­ветских времен во всем полагаться на (принудительную по преимуще­ству) опеку со стороны государства препятствует сейчас успешной адаптации граждан бывших социалистических стран к условиям рыночной экономики, когда необходимо проявлять личную инициативу и предпри­имчивость, ориентироваться на спрос, а не на затраты. Почти един­ственное, что сразу было хорошо усвоено, - так это возможность про­извольно поднимать цены на свою продукцию или получать доход "из воздуха" путем участия в мошеннических "пирамидах". Обрисовывая черты будущего мира и соответствующего этому миру образа человека, идеалы и выступают как выражение определенного мировоззрения.

Мировоззрение - это совокупность представлений о мире в целом, о месте человека в нем и об отношении человека к миру.

5. Философия - теоретически сформулированное мировоззрение (этим она отличается от "здравого смысла", т.е. жизненно-практического мировосприятия, основывающегося на обыденных представлениях; от религиозно-мифологического миропонимания, приписывающего реаль­ность продуктам воображения; от художественно-эстетического мироощущения, оперирующего наглядными образами), система самых общих взглядов на мир, место в нем человека (этим она отличается от спе­циальных наук, которые, хотя в совокупности и охватывают весь мир, не могут быть достоянием отдельного человека ввиду непосильного для него объема их детализированной информации; философии же для этой цели достаточно ограниченного числа общих положений), уясне­ние различных видов отношений человека к миру. В первую очередь именно относительно философии будет уместным сказать, что она не просто снабжает какими-то сведениями, а поднимает на более высокий уровень все мышление человека.

В зависимости от характера решения - проблемы соотношения дейст­вительности и идеалов можно выделить два главных философских на­правления: материализм и идеализм. Первый отдает предпочтение, оче­видно, действительности, понимаемой как совокупность вещей (слово "материя" в переводе с латинского означает "вещество"), или тел (вещественность - синоним телесности), а второй, конечно, идеалам, которые формируются сознанием, духом. Потому и говорят, что материа­лизм считает первичным бытие, материю, природу, а идеализм - мышле­ние, сознание, дух. Материализм считает вторичным, производным то, что идеализмом признается первичным, и наоборот.

Каждое из этих направлений имеет свои достоинства и недостатки (плюсы и минусы). Преимуществом материализма является то, что он придерживается реальности (латинское res означает "вещь"), твердой почвы фактов, не доверяет сомнительным вымыслам, необоснованному "прожектерству". Негативная сторона материализма высвечивается то­гда, когда он проявляет чрезмерную приземленность, осторожность (по принципу "лучше синица в руке, чем журавль в небе"), игнориру­ет возвышенные устремления или даже открыто их порицает. Иллюстра­цией к этому может служить литературный образ "реалиста" - ужа из поэмы М.Горького "Песня о соколе" ("рожденный ползать летать не мо­жет... мне здесь приятно - тепло и сыро"). Плюс идеализма состоит в том, что он ценит "благие порывы", не боится оторваться от утра­тившей привлекательность действительности (этому соответствует об­раз "романтика" - сокола из той же поэмы: "безумству храбрых поем мы песню"), а минус - в том, что он застревает в сфере сознания, парит высоко в небесах, превращает идеалы в маниловские мечтания, утрачивает контакт с действительностью.

Противоположность материализма и идеализма конкретным образом выявляется при сравнении их ответов на пять основных мировоззрен­ческих вопросов. Первый касается понятия первоначала, которое может и отделяться от мира, предшествуя ему и творя его, и совпадать с ним, если мир как совокупность вещей и явлений признается существу­ющим "от века", самодостаточным и самоопределяющимся. Материалисты, как правило, выбирают второй вариант ответа, хотя и могут различать "материю как таковую" в виде массовидного вещества и конкретные ве­щи как отдельные "комки" его. Идеалисты же представляют себе перво­начало в виде "мирового духа" или "абсолютного (всемогущего) разу­ма", наделенного сверхъестественными свойствами и напоминающего религиозно-мифологического бога, но уже безличного, не столь антропо­морфного.

Другой вопрос связан с понятием порядка в мире, т.е. системы отношений между его частями и направленности его изменений. Матери­алисты основывают эго на естественной закономерности, складывающейся в результате взаимодействия вещей друг с другом и принимающей тот или иной характер в зависимости от их свойств. У идеалистов порядок в мире устанавливается все тем же мировым духом, причем как бы заранее обдуманным, целенаправленным, а потому "наилучшим" (можно сказать, оптимальным) образом. Другое дело, что слышать эту "музыку сфер" способен далеко не каждый, почему ход дел в мире ча­сто кажется людям безжалостной поступью чуждого им рока.

Третий вопрос имеет дело с понятием человеческого сознания, ко­торое как своей вплетенностью в деятельность людей, так и своими необычными свойствами, явно отличающимися от свойств тела, а сле­довательно, и от свойств окружающих вещей, не могло не привлекать к себе внимания. Первые материалисты, разумеется, не могли еще обо­йтись без ссылки на такого носителя их чувств и мыслей, как "душа", но представляли ее в виде своеобразного состояния материи, родст­венного, например, воздуху или огню, неотделимого от тела и распа­дающегося в случае смерти. Позднее сознание провозглашалось ими (не вполне понятным) свойством "организованных тел". Идеалисты по­просту развили дальше религиозно-мифологическое представление об отделимой от тела душе, очистив его от остававшейся еще примеси те­лесности и приписав этой уже чисто нематериальной сущности бессмер­тие .

Человека не мог также не интересовать вопрос, как ему удается познавать мир. Для материалистов ответ был очевиден: первичную ин­формацию об окружающем мире доставляют нам органы чувств - зрения, слуха, обоняния, осязания, вкуса. Внешние вещи, воздействуя на эти органы, вызывают у нас ощущения в качестве своих образов. Однако самим чувствам не под силу выявить внутреннее строение вещей, а тем более сложные отношения, связи между ними. Это - прерогатива мышления, разума, который, впрочем, в своих выводах опирается на обобще­ние данных тех же чувств. Идеалистам с самого начала вполне логично было присуще пренебрежительное отношение к показаниям чувств, пос­кольку те касаются вещей, считающихся идеалистами вторичными про­дуктами "идей", т.е. понятий, которыми мыслит -мировой дух. Позна­вать следует именно эти идеи, разумеется, с помощью разума, направ­ляющего свое искание истины не вовне, а вовнутрь, в глубины души, где либо в свернутом виде содержится весь запас наиболее существен­ных знаний, заложенных туда абсолютным духом, либо заново осуществ­ляется приобщение к мудрости последнего, основываясь на его "единоутробности" душе.

К теме происхождения общества и принципов его устройства, а так­же программы поведения и смысла жизни каждого человека относятся пятый вопрос. Отбросив вмешательство в человеческие дела со стороны каких-либо потусторонних сил, материалисты объясняли возникновение общества осознанием людьми многих неудобств жизни поодиночке и не­обходимости объединения ради безопасности, взаимопомощи и прочей пользы для всех. Каждому человеку рекомендовалось познавать законы матери-природы и строить свое поведение в соответствии с ними. Лег­ко догадаться, что у идеалистов к возникновению общества должен был "приложить руку" мировой дух. Но в отличие от человекоподобного бога ему нужно было направлять деятельность людей не извне, а изнутри. Выше всего ценились духовные способности людей, а потому те, кто обладал ими в наибольшей мере, имели право стоять на вершине государственного устройства. Остальные были обязаны их содержать своим физическим трудом.

В истории философии материализм и идеализм всегда боролись друг с другом, но в то же время фактически дополняли друг друга, пооче­редно играя прогрессивную роль. Следует признать неправомерным пре­жнее (марксистское по духу) преувеличение "заслуг" материализма и подчеркивание "реакционности" идеализма. Когда возникает необходи­мость в выработке идеалов, то впереди понятным образом оказывается идеализм; когда же речь заходит об их претворении в действительность, пальма первенства переходит к материализму.

6. Пока действительность находится в своем "нормальном" состоянии, она выступает как упорядоченная, закономерная, гармоничная, а потому доступная для познания и использования в интересах людей. Те , же черты будут присущи и отношениям между людьми. Это значит, что такая действительность рациональна ("рацио" в переводе с латинского - разум), т.е. разумна. Кризис делает действительность хаотич­ной, непредсказуемой в своих проявлениях, дисгармоничной, а потому непонятной и опасной. В отношениях между людьми воцаряются анархия и вражда. Это значит, что такая действительность иррациональна, т.е. неразумна или даже противоразумна. В ходе развития прежняя рацио­нальность сменяется иррациональностью, а та - рациональностью более высокого порядка и т.д. В истории философии попытка осмысления это­го перехода отразилась в различных вариантах диалектики, т.е. мето­да мышления, принимающего во внимание оба момента. С конца XIX в. все большее значение стало приобретать понятие иррациональности. 3 последнее время делается упор на выяснении понятия рациональности, о чем свидетельствует двухтомник "Исторические типы рациональности", написанный отечественными авторами (П.П.Гайдэнко и др.), вышэдший в 1995 году.

7. Философия и наука родственны друг другу ввиду их теоретичес­кого характера (теория по-гречески означает "созерцание"). Сферы их компетенции то перекрывалась, то разграничивались. Рассмотрим, как изменялась взаимоотношения философии и науки в хода истории. Здесь можно выделить три этапа.

Первый этап условно датируется УI - III вв. до н.э. В это время еще но существовало отдельных, специальных наук. Имелась лишь еди­ная, сравнительно нерасчлененная совокупность всех научных (по ха­рактеру) знаний о мире, называвшаяся мудростью, или философией,

В IУ в. до н.э. Аристотель стал проводить деление между первой философией, которая учила о бытии как таковом, о первых началах сущего, и второй философией, куда входили математические, физичес­кие, биологические и другие знания. В I в. до н.э. сочинения Арис­тотеля были сведены воедино, и на первом месте поставили учение о природе - физику, а первая философия оказалась на втором месте, по­лучив название "метафизика" (то, что идет за физикой). С тех пор это слово стало синонимом слова "философия".

С III в. до н.э. начинается второй этап, отмеченный формированием первых специальных наук, флагманом среди которых была матема­тика. Значительных высот достигла также астрономия. Средние века затормозили этот процесс, развернувшийся в полную силу лишь в эпо­ху Возрождения и относительно завершившийся к середине XIX в. Это означало, что уже не все знания стали входить в философию, часть их перешла в ведение отдельных наук. Однако обособившиеся науки в своем большинстве еще не стали полностью самостоятельными. Они занимались в основном сбором, описанием и группировкой фактов, позд­нее - анализом изучаемых явлений, т.е. разложением их на составные части. Примером может служить ботаника с ее попытками классифика­ции видов растений и деления каждого растения на корни, стебель, листья я т.п. Поскольку из фактов было еще недостаточно, ученые опасались делать (поспешные) обобщения, а значит, формулировать за­коны в своих областях. В этих условиях задача формулирования зако­нов для всех (в принципе) наук осталась за философией, ставшей "наукой наук" ("царицей наук", "госпожой наук"). Недостаток фактов она пыталась компенсировать силой воображения и абстрактно-теорети­ческого мышления. Та часть философии как науки наук, которая пред­писывала законы точным и естественным наукам, получила название "натурфилософия" (философия природы). Вот, к примеру, какое "логи­ческое" определение тяжести давалось Г.Гегелем: "Тяжесть есть при­знание ничтожества вне-себя-бытия материи в ее для-себя-бытии". На­турфилософия сплошь и рядом подменяла действительные (но еще неизвестные) отношения между природными явлениями надуманно-фантастическими, но иногда высказывала и гениальные догадки, например, о связи между электричеством и магнетизмом. Знакомый с этой идеей физик Х.Н,Эрстед смог правильно истолковать наблюдавшееся в его эксперименте отклонение магнитной стрелки вблизи проводника с то­ком. Прежняя зависимость наук от философии оставила след в названии теоретической части этих наук, даже когда они .стали вполне самосто­ятельными. Так, труд И.Нъютона по механике назывался "Математические начала натуральной философии", труд К.Линнея -"Философия бота­ники", труд Ж.-Б.Ламарка - "Философия зоологии" и т.д.

К середине XIX в. большинство наук достигло высокого уровня развития, в том числе в деле установления тесной связи между собой. Накопленный запас фактов, дополненный успехами экспериментирования, позволял уже уверенно делать обобщения и переходить от анализа к синтезу, т.е. к изучению явлений в единстве их частей. Науки осоз­нали свое неотъемлемое право на формулирование собственных законов. Это выразилось в трех великих открытиях XIX в. в области естество­знания: клеточной теория строения организмов, законе сохранения и превращения энергии, эволюционном учении Ч.Дарвина о развитии; та-вой природы от простого - к сложному, путем естественного отбора. Это означало утрату философией своей роли как науки наук. Стали выска­зываться мнения о ее "смерти вообще", о ее неспособности в дальней­шем выполнять какую-либо полезную функцию.

Однако следует иметь в виду, что, кроме так или иначе ограни­ченных в своей общности законов, изучаемых специальными науками, миру присущи также наиболее общие законы, которые действуют во всех областях природы, общества и мышления. Как ни универсальна, скажем, математика, она все же рассматривает все явления с одной определенной, преимущественно количественной, стороны. Широкие философские обобщения основываются на учете всех сторон действительно­сти и форм ее отражения в сознании. Таким образом, философию на этом третьем, продолжающемся до сих пор этапе можно определить как науку о наиболее общих законах всего сущего.

 

Лекция 2. ФИЛОСОФИЯ ДРЕВНЕЙ ИНДИИ и ФИЛОСОФИЯ ДРЕВНЕГО КИТАЯ

Древний восток считается колыбелью философской мысли. Именно здесь на протяжении длительного времени были сформированы первые философские идеи. Рассмотрим их.

1 ФИЛОСОФИЯ ДРЕВНЕЙ ИНДИИ.

Философская мысль в Древней Индии возникает в период формирования там цивилизованных форм общественной жизни; об этом говорит хотя бы то, что в обществе уже сложились социальные группы. Это брахманы (жрецы, элита общества), кшатрии (воины), вайшьи (земледельцы, ремесленники, торговцы), шудры (низший слой); между ними уже сложились вполне определённые отношения.

В середине второго тысячелетия до н.э. в северо-западную Индию с Запада вторгаются воинственные племена, которые называют себя ариями. Они говорили на одном из языков индоевропейского происхождения и обладали даром поэтического видения мира. Гимны, которые слагали арии, легли в основу будущего их собрания - Ригведы /РВ/. Слово «веды» означает священное знание, а «риг» /приставка/ - хвалебный стиль, песня, гимн. РВ вобрала в себя миф и ритуал, в таком виде она несла зачаток как религиозного, так и философского видения мира и человека.

РВ - это древнейший источник; он содержит десять книг - Мандалов, включающих свыше тысячи гимнов. Кроме РВ существует ещё три вида вед, а именно: Самаведа - Веда напевов, Яджурведа - Веда жертвенных формул, Атхарведа - Веда заклинаний. Каждая из названных Вед имеет четыре ответвления. Например, РВ включает Самхиты, Брахманы, Араньяки, Упанишады. Последние представляют собой наиболее философскую часть Вед. Таким образом, можно говорить о ведической литературе представляющей собой относительно самостоятельное явление.

Центральный миф РВ говорит нам о происхождении мира, то есть имеет космогоническое содержание. Обратимся к гимну РВ X. 129 (Римской цифрой обозначается номер книги РВ, арабской - номер гимна в книге). Здесь говорится, что в начале были лишь воды, которые несли в себя семя жизни. Это было состояние нерасчленённого единства: нет ни неба, ни земли, ни дня, ни ночи, ни добра, ни зла, ни мужского, ни женского начал. Это состояние называется также Тьмой. Из него зародилось Единое.

В других гимнах РВ говорится о том, что за пределами начального мира родился бог Индра, он сделал мир контрастным и определённым, наделил его светом и тьмой, жизнью и смертью, добром и злом. Вместе с тем всё это было приведено в состояние равновесия. Один из мифов говорит нам о том, как Индра раскалывает плавающий холм - речь идёт о небольшом холме земли, который поднялся со дна тех первичных Вод и плавал в них. Но Индре приходится преодолевать сопротивление Дракона Вритру. В результате из холма вырывается жизнь в виде воды и огня; вода представлена четырьмя реками, а огонь - Солнцем. Холм же начинает приобретать опору, растет во все стороны и достигает размеров земли. В то же время он остаётся центром космоса и гвоздём, который прикрепляет землю к её месту. Затем Индра поднимает небо и подпирает его столбом, так возникает мировое дерево /Древо/. Оно разделяет небо и землю, но оно и соединяет их, как бы приводя в согласие.

Картина творения дополняется существенными деталями, без которых она не имела бы смысла. На первой стадий мир был "населён" богами Асурами, которые на второй стадии творения вынуждены были уступить место богам Дэвам, появившимся из холма. Один из Асуров - Варуна переходит к Дэвам и начинает играть связующую роль между тем и этим мирами. Его собратья по первому миру теперь перемещаются в "нижний мир", а сам Варуна становится богом. Вод и пребывает у корней мирового дерева. Если дать философскую интерпретацию этого превращения, то станет очевидным, что речь идёт о первоначальном хаосе (мир - Воды, Тьма) и о последующем космосе (упорядоченный, внутренне раздвоенный мир). Теперь космос и хаос противостоят друг другу. Но возникновение космоса не отбросило хаос: Асуры, хотя они и перешли в «нижний мир», всегда рядом, и этим создаётся «угроза» космосу, он оказывается неустойчивым. Варуна примиряет оба начала (хаос и космос), он, говоря современным языком , великий оппортунист, сохраняющий враждующие стороны в их единстве и согласии.

РВ содержит и другие сведения о творении мира, в частности там говорится о мировом яйце - оно возникло по причине уплотнения вод, или же из жара, выделяемого водами. В другом случае речь идёт о космическом кабане - в нём воплощён бог-творец Праджапати, который на своих копытах принёс грязь со дня вод и она начала расти, становясь землёй. Есть там и идея макрокосмической эмбриогонии, согласно которой рождение космоса рассматривается по аналогии с зачатием и рождением человека в материнском лоне.

Космос порождает человека. В его физическом воплощении он есть порождение воды, воздуха и огня, но в дальнейшем человек отделяется от физической природы. В рамках древнеиндийской философии подчёркивается значение духовной стороны человека, она приобретает здесь космический смысл.

Характерными являются рассуждения философа Яджнявалкья относительно познания, его возможностей и целей. Человек в состоянии бодрствования руководствуется своим чувственным опытом, однако при этом его сопровождают страхи и переживания, препятствующие проявлению его самосознания. Другое дело, когда человек находится в состоянии сна. Его сознание занято сновидениями, и чувственный опыт уже не столь навязчиво диктует свои правила; сознание как бы освобождается, раскрепощяется от его оков. Но и во сне человеку грезятся его страхи и переживания, значит полного простора для реализации своего Я и здесь нет.

Но вот наступает глубокий сон без сновидений; тогда человек не связан ничем. Он не знает ни страхов, ни переживаний, ни волнений; здесь полная отрешённость от мира - человек не ощущает ни желаний, ни печали. Это, говорится в Брихадараньяка-Упанишада, воистину такая форма того, кто выше желания, лишён зла, не знает страха. Как муж в объятиях любимой жены забывает обо всем, так и человек в объятиях разумной души отрешается от всего. «Воистину, где кажется двойственность, там один может видеть другого, один может обонять другого, один может осязать другого, один может говорить другому, один может слышать другого, один может думать о другом, один может касаться другого, один может знать другого. Но тот, чей мир есть брахман, становится океаном, провидцем без двойственности. Вот высший путь человека. Вот его высшее достижение. Вот его внешний мир. Вот его высшее блаженство».

Из приведённого текста видно, что речь идёт о том, что познать что-либо, не значит познать его как «это» или «то», то есть как нечто другое. Тем более, что речь идёт прежде всего о самопознании, то есть познания моего «Я». Попытка познать «Я» через нечто другое потонет в неведении. Единственный путь познания «Я» это обратится вовнутрь себя, отрешившись при этом от всего внешнего, чуждого моему «Я».

Если вернуться к идее сна, как ступени такого самопознания, то надо заметить, что из состояния сна человек возвращается в бодрствующее состояние, иначе говоря самопознания носит временный характер, как же достичь постоянства самосознания? Окончательным решением этого вопроса видится физическая смерть, при которой сознание абсолютно отделяется от чувственного мира и приобретает свободу, растворяясь в космосе. Но это также и йога, при которой происходит глубокий уход сознания вовнутрь самого себя; будучи регулярной, эта практика приближает человека к самому себе, то есть к его душе.

По поводу вышеизложенного можно констатировать следующее: мысль обращённая вовне, порождает человеческий опыт, практику, полезный результат познания, она даёт стимул работе разума, порождает логику и неизбежно приводит к возникновению науки и философского материализма; мысль же, обращённая в себя, приводит к уходу от внешнего мира, она вызывает идеи мистицизма и спиритуализма. Такое противопоставление, однако, несёт в себе элемент схематизма. Нельзя не видеть того, что первый шаг мысли отделяет человека от самого себя, опосредуя его путь к его сознанию некими промежуточными явлениями, каковыми видятся продукты труда, результаты деятельности, общественные институты, идеи - научные, философские и т.п. Второй шаг ведёт к свободе от этого и обращает человеческое сознание к самому себе на прямую, хотя при этом не остаётся места в его сознании для позитивных и конструктивных идей, связанных с жизнью, с прак<






ТОП 5 статей:
Экономическая сущность инвестиций - Экономическая сущность инвестиций – долгосрочные вложения экономических ресурсов сроком более 1 года для получения прибыли путем...
Тема: Федеральный закон от 26.07.2006 N 135-ФЗ - На основании изучения ФЗ № 135, дайте максимально короткое определение следующих понятий с указанием статей и пунктов закона...
Сущность, функции и виды управления в телекоммуникациях - Цели достигаются с помощью различных принципов, функций и методов социально-экономического менеджмента...
Схема построения базисных индексов - Индекс (лат. INDEX – указатель, показатель) - относительная величина, показывающая, во сколько раз уровень изучаемого явления...
Тема 11. Международное космическое право - Правовой режим космического пространства и небесных тел. Принципы деятельности государств по исследованию...



©2015- 2017 pdnr.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.