Пиши Дома Нужные Работы

Обратная связь

Управление наукой в библейском проекте

В цивилизациях древности, а также и в наши дни вне региона распространения культур, в основе которых лежат вероучения исторически реальных авраамических религий, — какая ни на есть самобытная наука и своеобразная местная религия — две взаимно дополняющие и проникающие друг в друга компоненты культуры общества.

Разделение иерархий деятелей науки и иерархий деятелей религии и сопутствующий ему конфликт науки и религии — характерная особенность библейской культуры.

Это разделение возникло в католицизме как реакция общества на тиранию «гуманитолухов-бого­сло­вов», которые, будучи неволь­никами библейских писаний и традиции их истолкования, пытались под свои корпоративную дисциплину, невежество и познавательно-твор­чес­кую импотенцию отпрессовать в обществе всю научно-ис­сле­довательскую деятельность и её результаты. На протяжении нескольких веков инквизиции удавалось держать науку под контролем иерархии церкви, но когда «количество перешло в качество», — наука обрела самостоятельность, став в обществе опорой антиклерикализма и материалистического атеизма, хотя до начала ХХ века большинство учёных по-прежнему исповедовали исторически сложившиеся вероучения идеалистического атеизма.

В отличие от католицизма, перед православием проблема взаимоотношений науки и религии не стояла вообще, поскольку оно более успешно, нежели католицизм, культивировало невежество[188], вследствие чего под его гнётом наука не развивалась вовсе. Именно вследствие этого, когда накопленная на протяжении нескольких веков неразвитость науки и её приложений поставила Русь перед перспективой катастрофы и колонизации, Пётр I импортировал науку с Запада в готовом к употреблению виде и насаждал её и производное от науки просвещение методами, близкими к инквизиторским, ломая сложившиеся к тому времени на Руси традиции[189].



В мусульманской культуре до того, как ислам при попустительстве простонародья был превращён «элитой» в обрядоверие, наука и её приложения активно развивались, следы чего сохранились в культуре библейской цивилизации как заимствованная некогда в прошлом арабоязычная терминология многих отраслей науки: алгебра, алхимия, надир, зенит, алкоголь — некоторые из такого рода заимствований.

Позднее, когда заимствование знаний и научной терминологии из мусульманской культуры в библейской культуре забылось, мир исторически реального ислама стал восприниматься представителями библейской культуры как мир невежества и познавательно-творческой импотенции, для чего сами мусульмане-обря­до­веры дали и продолжают давать множество поводов.

Одна из причин разделения науки и религии в библейской культуре состоит в том, что монопольная миссия кураторства науки заправилами библейского проекта изначально была возложена на иудаизм (см. раздел 8.6 — вопрос о расово-клановой фильтрации кадров). Соответственно на протяжении всей истории, пока церкви имени Христа культивировали невежество среди своей паствы или пытались отпрессовать развитие науки под своё понимание Библии и истолкование Жизни на её основе, раввинат и его хозяева занимались и религией (большей частью в её эгрегориальных аспектах), и наукой, контролируя направленность и характер развития науки в порабощаемых и порабощённых обществах через представителей иудейской диаспоры и масонство.

В связи с последним необходимо обратить внимание на то обстоятельство, что иерархия учёных степеней и званий, сложившаяся в науке библейской цивилизации (так называемого — Запада), и распространившаяся из неё в культуры других регионов планеты, представляет собой открытый для всеобщего обозрения аналог большей частью таимой от общества иерархии масонских посвящений. При этом обе иерархии не только удовлетворяют честолюбие продвигающихся по их ступеням индивидов, но с каждой ступенью обеих иерархий так или иначе связаны определённые властные функции. Если при этом нравы общества таковы, что наука становится престижной и в чём-то «элитарной» сферой деятельности, то в ней складываются мафиозно-корпо­ра­тивные группировки, под властью которых оказывается и кадровая политика в науке, и сама научно-исследовательская деятельность во всех её аспектах: от определения тематики исследований до придания легитимности результатам либо в отказе в таковой.

Поскольку масонство изначально является мафиозно-кор­по­ративной организацией, ориентированной на управление всеми сферами жизни общества, то стихийно складывающиеся на основе «элитаризации» мафиозно-корпоративные группировки учёных на каком-то этапе становятся исполнительной периферией масонства, сращиваясь с ним.

Последнее не подразумевает, что все без исключения академики, членкоры, доктора, кандидаты наук — масоны. Это подразумевает, что некоторая часть масонов — академики, доктора, профессора, непосредственно руководящие наукой в русле библейского проекта, а кроме того часть масонов — опекуны и вдохновители научных авторитетов не масонов, руководящие наукой опосредованно через своих марионеток, действующих в науке непосредственно (как это показано на схеме рис. 5 в разделе 9.4). И соответственно:

Удерживать науку (как отрасль деятельности) и свод мнений, признаваемых в качестве «научных знаний» (включающий в себя достоверные знания и заведомые лжезнания) в русле господствующей над обществом концепции управления — главное назначение системы аттестации и сертификации квалификационных уровней в науке (системы присуждения учёных степеней и званий) во всём мире. В СССР и постсоветской РФ именно этим заняты Академия наук и Высшая аттестационная комиссия.

И если И.В. Сталин в своём интервью газете «Правда» «Марксизм и вопросы языкознания» (1950 г.) порицал официальную науку СССР за мафиозность (см. раздел 9.3), порождающую лженаучность и антинародность науки как отрасли деятельности, извне — как потребитель её продуктов, поскольку был прежде всего — концептуально властным политиком-творцом и нуждался в научном обосновании политической стратегии, к чему АН СССР была во многом не способна, то примерно в то же время изнутри академической науки СССР дал ей характеристику И.А. Ефремов — не только писатель-фантаст, но и учёный-палеонтолог с мировым именем:

«… в 1954 году Иван Антонович в письме профессору И.И. Пузанову, жалуясь на бюрократизм в академической среде, говорил: “… Так нудны эти заседания, отчёты, планы — всё, что не стоит выеденного яйца и придумано английской “Интеллидженс сервис” для разрушения русской науки… используя партийное невежество, как очень чётко выразился один мой знакомый”» (приводится по книге А. Константинова “Светозарный мост”, изд. 2, по публикации на сайте: http://noogen.2084.ru/Efremov.htm).

Ну а «Интеллидженс сервис» — один из инструментов масонства, поэтому если указание на причастность «Интеллидженс сервис» к управлению наукой в СССР формально и неправильно (всё же не она породила Академию наук в России и в СССР), но намёк на марионеточный характер Академии наук по существу верный; правильно названы и цели её существования, соответствующие принципу «чтобы погубить дело — надо его возглавить».

В частности катастрофическое отставание СССР к середине 1970‑х гг. в области развития вычислительной техники и электроники — вовсе не результат «гонений на кибернетику» в сталинские времена, в чём журналисты и многие учёные убеждают общество на протяжении длительного времени. Это — прямое следствие управляемого извне развития науки и техники в СССР, и в частности — решения комиссии по вычислительной технике (ВТ) АН СССР и Государственного комитета по науке и технике (ГКНТ) СССР от 27 января 1967 г. под председательством академика А.А. До­род­ницына. Это решение обязывало разработчиков нового поколения отечественных ЭВМ принять архитектуру американских ЭВМ модельного ряда IBM‑360 «с целью возможного использования того задела про­грамм, который можно полагать имеющимся для системы 360».

Разработка и внедрение ЭВМ единой системы (ЕС ЭВМ) по своему существу представляли:

· со стороны СССР — «пиратское» заимствование операционных систем ЭВМ США IBM‑360, IBM‑370 и их операционных систем в предвкушении «пиратского» использования и прикладного программного обеспечения;

· а со стороны заправил глобальной политики, действовавших посредством США, — одну из крупнейших успешных макроэкономических и политических диверсий в истории.

Ко времени принятия этого решения ЭВМ модельного ряда IBM‑360 поставлялись заказчикам уже в течение двух лет, начиная с 1965 г., и плюс к этому следует добавить несколько лет на его разработку и освоение в производстве!!! В СССР аналогичные ЭВМ модельного ряда ЕС стали заметно массовыми только во второй половине 1970‑х — начале 1980‑х гг. Т.е. решение, принятое ГКНТ и АН СССР, изначально программировало минимум десятилетнее отставание СССР от мирового уровня. И действительно: прежде, чем ЕС ЭВМ стали «единым стандартом» в СССР и государствах — членах Совета экономической взаимопомощи[190], началась эпоха персональных компьютеров и продвижения стра­тегической компьютерной инициативы США, которую спец­службы и АН СССР просто не поняли и потому «прозевали» — в лучшем случае, а в худшем — поняли и содействовали её успеху в целях ликвидации СССР…

Именно это — как бы непонятное по происхождению и мотивации — стратегически вредоносное решение комиссии по ВТ АН СССР и ГКНТ СССР от 27 января 1967 г. и проведение его в жизнь в общегосударственных масштабах пресекло в нашей стране развитие собственных научно-технических школ в компьютерной отрасли со всеми вытекающими из этого факта последствиями.

Ещё один пример. В Калуге в Государственном музее истории космонавтики имени К.Э. Циолковского длительное время на одном из стендов была представлена фотография. На ней Ю.А. Га­гарин и ещё несколько человек были запечатлены в аэродинамической лаборатории рядом с ародинамическими весами[191]. На весах была установлена модель летательного аппарата.

Аппарат на весах не был похож на самолёт: у него был короткий относительно толстый остроносый фюзеляж, крылья были небольшими; по аэродинамической компоновке он был «бесхвосткой», в хвостовой оконечности на фюзеляже — только высокий киль. Для человека, хотя бы немного знакомого с авиацией, при взгляде на эту фотографию должно было быть ясно, что этот летательный аппарат не способен ни к самостоятельному взлёту с земли по-самолётному, ни к высшему пилотажу…

Т.е. Государственный музей истории космонавтики на протяжении многих лет показывал внимательным и думающим посетителям, что в СССР работы по программе создания многоразового космического корабля были свёрнуты едва ли не раньше[192], чем в США были начаты работы по программе «Space Shuttle»[193]. Вопрос о проведении в нашей стране в 1960‑е гг. работ по созданию многоразового космического корабля никогда не обсуждался публично ни в СССР, ни в России.

Единственное сообщение, проясняющее происхождение упомянутой выше фотографии модели прототипа советского шаттла на аэродинамических весах, которое удалось найти, — публикация Ларисы Михайловой в «Российской газете» (Федеральный выпуск № 4041 от 12 апреля 2006 г.) «Что хотел построить Гагарин?»:

«Нет сомнений: если бы не трагедия 27 марта 1968 года, если бы он остался жив, тогда, скорее всего, осуществилось бы предсказание Сергея Королёва: “В Юре счастливо сочетаются природное мужество, аналитический ум, исключительное трудолюбие. Я думаю, что если он получит надлежащее образование, то мы услышим его имя среди самых громких имён наших учёных”. Для первого отряда космонавтов был составлен специальный учебный план: программа инженерного факультета Военно-воздушной академии им. Жуковского была распределена на семь лет с учётом подготовки к космическим полётам. Причём никаких послаблений: лабораторные работы должны выполняться, за­чё­ты сдаваться, а проекты чертиться.

Тему комплексной дипломной работы для всей группы утвердили с одобрения Королёва: “Одноместный воздушно-косми­чес­кий летательный аппарат”. Проще говоря, это был шаттл[194]. Распределили расчёты и проектирование систем: силовая установка — Павел Попович, аэродинамические характеристики и теплозащита — Андриян Николаев, система ориентации — Евгений Хрунов, система аварийного спасания — Герман Титов, топливная система — Валерий Быковский... Всего 12 блоков, составивших основу 12 дипломных работ, защищавшихся каждым по отдельности.

Гагарину как “главному конструктору” (известно пожелание ему Королёва побывать в шкуре главного конструктора) досталось выбрать и обосновать аэродинамическую компоновку орбитальной ступени, обеспечивающую нормальный полёт в широком диапазоне скоростей — от малых дозвуковых до гиперзвуковых — и решение посадки по-само­лёт­ному» (http://www.rg.ru/2006/04/12/gagarin.html).

Понятно, что дипломные работы космонавтов — это не готовый к воплощению в жизнь проект космической системы. Однако это и не «филькина грамота», тем более при руководстве дипломниками С.П. Королёвым. Это — вполне серьёзное изучение возможностей создания в СССР космической системы нового поколения, включившее в себя и не дешёвые продувки в аэродинамических трубах моделей орбитальной ступени, а так же и другие экспериментальные работы.

Как известно, «кадры решают всё». А «кадры» это — личности. Поэтому в связи с прекращением работ по созданию многоразового космического корабля в СССР напомним, что генеральный конструктор ракетно-космической техники С.П. Королёв, сформировавший задание упомянутого комплексного дипломного проекта первого отряда космонавтов, умер 14 февраля 1966 г. в ходе хирургической операции в «Кремлёвке»…

Ещё в 1960‑е — 1970‑е гг. неоднократно высказывалось мнение, что его «зарезали», а его убийство было замаскировано под роковое стечение случайностей. И это мнение соответствует истине, если рассматривать вопрос о смерти С.П. Королёва в аспекте управления в те годы глобальным историческим процессом в рус­ле библейского проекта как структурно-конспиративными, так и матрично-эгрего­риаль­ными средствами.[195]

То же касается и гибели Ю.А. Гагарина двумя годами позднее:

Стечение как бы «случайностей» в истории достаточно часто маскирует целенаправленное воздействие, совершаемое на основе навыков управления матрично-эгре­го­риаль­ными процессами.

Причём, если С.П. Королёва заправилы глобальной политики убирали как неуместного им в СССР учёного, то Ю.А. Гагарина убирали как потенциального будущего Генерального секретаря ЦК КПСС и главу Советского государства: умный, трудяга, не спесивый, нетерпимый к подхалимажу, любим народом в СССР, не «элитарен», уважаем во всём мире — зачем такой руководитель СССР заправилам библейского проекта? — Если бы он, а неМ.С. Горбачёв,возглавил ЦК КПСС и государственность СССР в 1980‑е гг., — то судьба СССР, и облик мира ныне могли бы быть иными…[196]

Это — некоторые примеры надгосударственного — разнообразного ­—управления извне развитием науки и техники в одном из государств вопреки его возможностям и интересам. Проводником такого рода управления в глобальных масштабах является прежде всего масонство (см. раздел 8.6 — вопрос об устремлённости к несанкционированной истине): собственная «стихийная» глупость и непрофессионализм, если и имеют место в такого рода процессах, то носят в них характер, подчинённый определённой организованности и целесообразности, являясь инструментом осуществления чьей-то внешней субъектности, а не субъектом — творцом определённой политики[197].

Именно в силу такого мафиозно-корпоративно организованного и концептуально обусловленного характера управления наукой во всех государствах, живущих под властью библейского проекта порабощения человечества, есть темы повсеместно запрещённые для исследований; есть темы, запрещённые для исследований в тех или иных государствах; есть темы, исследования по которым в одних государствах поощряется, а в других в то же самое время тормозится; и среди всего этого есть предметные области, которые считаются официально не существующими; и есть предметные области, в которых познавательно-творческая деятельность подменяется целенаправленным культивированием лженауки и подавлением науки. Запреты могут носить как прямой административный характер, так и быть опосредованными (косвенными).

Всё это в совокупности создаёт систему «игр с ненулевой суммой» на всех шести приоритетах обобщённых средств управления / оружия, и в этой системе игр любое толпо-«элитарное» общество обречено проигрывать заправилам библейского проекта на всех шести приоритетах обобщённых средств управления / оружия (см. раздел 8.5).

Управляемое воспроизводство и подстройка под перспективную политику в преемственности поколений системы «игр с ненулевой суммой» на всех шести приоритетах обобщённых средств управления / оружия в глобальных масштабах — и есть главное в деле обслуживания наукой управления по всем толпо-«элитар­ным» концепциям, включая и библейский проект.

Поэтому в культурах толпо-«элитаризма» научная истина всегда приносится в жертву системе «игр с ненулевой суммой», востребованных концепцией управления и её хозяевами, если истина не укладывается в концепцию и, тем более, если истина противоречит концепции, опровергает её жизненную состоятельность.

Принципы, реализуемые в отношении науки в толпо-«элитар­ных» обществах, включая и цивилизацию на основе Библии, просты:

· 1. Рабы не должны обладать познавательно-творческими навыками — познаватель­но-твор­­ческой куль­турой, адекватной Жизни (1‑й приоритет обобщённых средств управления).

· 2. Среди них не должно быть учёных, чьи научные интересы и деятельность не вписываются в концепцию управления (кадры решают всё: либо успешно — либо целенаправленно подобранные и продвинутые на должности «кадры» не в состоянии решить даже простеньких задач в интересах развития общества и человечества).

· 3. Они не должны иметь науку (2‑й и 3‑й приоритеты обобщённых средств управления), более эффективную, чем та, которую, исходя из своих интересов, допускают в их обществе рабовладельцы или которую рабовладельцы им навязывают(это было показано на примере экономической «науки» Запада).

Это касается всех наук без исключения, но прежде всего — социологии в целом и её отраслей.

И это — троякий источник зависимости общества рабов от корпорации рабовладельцев и подневольности рабов системе рабовладения.

На воплощение этих принципов в жизнь работает система образования (о ней речь пойдёт в разделе 10.7), академии наук и система учёных степеней и званий, которые присуждают соискателям учёные советы, признавая одни результаты научными достижениями, а другим отказывая в таковом признании и изгоняя их приверженцев из профессии без помощи «святой инквизиции». Достигается это за счёт проникновения масонской периферии в научную и околонаучную общественность.[198]

Удерживать науку и свод признаваемых научными знаний и лжезнаний в русле господствующей над обществом концепции управления — главное назначение системы аттестации и сертификации квалификационных уровней в науке.

Кроме того, наличие системы учёных степеней и званий освобождает правящих бюрократов государственности и бизнеса от необходимости вникать в суть проблем и способов их решений:

· всегда есть возможность сослаться, что неудачное решение предложено «наукой», а конкретно — кандидатом, доктором, профессором, членкором, академиком (нужное подчеркнуть) таким-то, и за его безрезультативность или вредоносность бюрократ отвечать не может, поскольку он доверился общепризнанно авторитетным «большим учёным»[199];

· а «учёные», со своей стороны, — будут стоять на том, что наука может многое, но не всё; что в науке «нет широкой столбовой дороги», что ошибки неизбежны; что в руках бюрократов их правильные идеи и проекты, если и не были извращены, то были «убиты», поскольку низовые исполнители были недобросовестны и всё сделали не так, в результате чего и не получилось «как лучше», а получилось «как всегда».

10.7. Система образования[200]

Система образования, представляющая собой одну из сфер профессиональной деятельности в цивилизованных обществах, в толпо-«элитарных» культурах служит воплощению в жизнь:

· трёх взаимосвязанных принципов, которые были изложены в конце раздела 10.6.4;

· а так же и интегрального — главного — осмысленное адекватное восприятие жизни общества как биологически-социальной системы должно быть заблокировано для подавляющего большинства людей, что позволяет заправилам толпо-«эли­та­риз­ма» собирать из индивидов «социальные механизмы», которые работают на осуществление возлагаемых на них целей, не осознаваемых ни их участниками[201], ни подавляющим большинством окружающих.

Этот факт признаётся и некоторыми «независимыми» социологами, далёкими от поисков и воплощения в жизнь альтернативы толпо-«элитаризму». Так «Новые Известия» в номере от 29 января 1998 г. опубликовали интервью Юрия Коваленко с французскими социологами Моник и Мишель Пенсон под заглавием «Элита: честь нации или каста жрецов?».

«—Что же такое нынче элита? Ум, честь и совесть нации или клан, который преимущественно блюдёт собственные интересы?

— Прежде всего существует не одна элита, а несколько — экономическая, интеллектуальная, политическая, административная и т.д. Как социологи мы не любим слово «элита», которое имеет позитивный смысл. Элита предполагает принадлежность «к лучшим из лучших». Мы предпочитаем говорить о социально доминирующем классе».[202]

Далее сообщается, что:

«Во французской системе наследственная элита старых буржуазных и аристократических семей, которые занимают ключевые места в обществе и в государстве, как бы сливается с элитой, которой удалось с помощью дипломов[203] совершить социальное восхождение. Между двумя элитами возникает солидарность[204]. Они действуют не то чтобы на мафиозной основе, но занимаются лоббированием, взаимной поддержкой несмотря на возникающие порой идеологические разногласия».

Надо иметь в виду, что всякая ветвь социологии всегда концептуально обусловлена. Кроме того в стабильно существующем на протяжении нескольких поколений толпо-«элитар­ном» общественном укладе всякая ветвь легитимной социологии обслуживает в русле господствующей концепции управления один или несколько общественных классов, но не всё общество в целом: в марксизме это явление было названо «партийностью науки», которая наиболее ярко проявляется именно в обществоведческих науках и менее ярко — в естествознании и его прикладных отраслях. Вследствие концептуальной обусловленности и «партийности» официально признаваемая в государстве социология, будь то социология правящего режима либо социология признаваемой системой «оппозиции», соблюдает «приличия», принятые в этом общественном укладе, вследствие чего на некоторые вещи социология только намекает (знающие поймут и намёки, а кто не понял — «тому и не надо»), а о некоторых — просто умалчивает, будто их нет вовсе, и даже не желает их видеть в упор, когда на них указывают «посторонние».

Именно из этой особенности официально признаваемой в государстве социологии и возникают обороты речи типа «не то чтобы на мафиозной основе», поскольку быть «мафиози» в среде легитимной «элиты» почитается «неприличным», и кроме того — «элита» предпочитает не подавать себя остальному обществу как мафиозную группировку, под властью которой живёт общество и отличающуюся от криминальных мафий только тем, что она обладает легальным статусом «элиты» и паразитирует на общественно полезных видах деятельности, а не строит свой бизнес на заведомо криминальных. Соответственно для обозначения по существу мафиозного характера деятельности представителей наследственных и дипломировано приобщённых «элит» подыскиваются «политкорректные» слова, не имеющие в обществе порицающего смысла: «лоббирование», «вза­имная поддержка» и т.п. Но взаимная поддержка без каких-либо публичных деклараций о ней характерна в толпо-«элитарных» обществах прежде всего для деятельности мафий, порицаемых официальной правящей «элитой». Поэтому, если сдёрнуть саван «светски учтивых» выражений, не оскорбляющих чьего-либо персонального самомнения, то французская социология в приведённом выше фрагменте по существу признала кланово-мафи­оз­ный характер власти во Франции.

И соответственно «элита», не являясь ни «честью нации», ни «частью нации» («элитарии» — зарвавшиеся отщепенцы от своих народов), не способна состояться в качестве жречества — именно в силу своих эгоизма и более или менее ярко выраженной кастовой замкнутости от остального общества.

«— Разве во Франции элита не объединяет действительно лучших?

— Это не так. Нельзя сказать, что в её состав входят самые умные, самые образованные, самые культурные, которые стоят выше всех остальных. Французская система образования, вместо того, чтобы давать равное образование всем, занимается отбором. В результате в лучшие высшие школы почти не попадают дети из низов (выделено жирным нами при цитировании). Тут одно из двух. Либо такие дети идиоты — и это возможно: так думают некоторые, хотя мало кто об этом вслух говорит[205]. Либо существует проблема организации образования, которая не основывается на равенстве. Игра сделана заранее, всё предопределено, и только считанные единицы из народа пробиваются в престижные учебные заведения» (выделено курсивом нами при цитировании).

Однако французские социологи высказывают оба мнения (о причинах селекции учащихся и о предопределённости результатов отбора) в предположительно-гипотетической форме, уклоняясь от ответа на вопрос, истинно каждое из них либо ложно. Также обратим внимание на то обстоятельство, что последняя фраза в приведённой цитате означает:

Система образования в толпо-«элитарном» обществе — одна из многих системообразующих «игр с ненулевой суммой».

Кроме того отметим, что, признав систему образования в качестве одной из «игр с ненулевой суммой», в цитированном интервью французские социологи не вдаются в рассмотрение качества той науки[206], на основе которой построена система образования во Франции вообще, и образования для «элиты», в частности. Это замалчивание проблемы или неспособность осознать её профессиональными социологами только усугубляет положение и перспективы общества.

Далее в упомянутом интервью сообщается, что во Франции, как и в других «развитых странах», только дипломы всего нескольких наиболее престижных вузов открывают путь не в пресловутый «средний класс», который в них относительно многочисленен, а в «высший свет» — относительно малочисленную «элиту», в пределах которой все, если и не знают друг друга лично, то хотя бы слышали и помнят друг о друге.

Т.е. в силу особенностей памяти подавляющего большинства людей социальная «элита» в любом государстве — это сообщество численностью не более 200 человек вне зависимости от численности населения страны[207].

По существу приведённая выше характеристика системы образования как «игры с ненулевой суммой», данная французскими социологами Пенсонами, подтверждает ранее весьма деликатно высказанное ими мнение о кланово-мафиозном характере «элитарной» власти во Франции. Но при этом надо понимать, что толпо-«элитаризм» во Франции — только один из ликов толпо-«элитарной» культуры, царящей почти что во всём мире, и потому всё сказанное в приведённых фрагментах интервью о системе образовании как о факторе воспроизводства толпо-«эли­та­риз­ма» в преемственности поколений — справедливо и по отношению к системам образования всех толпо-«элитарных» обществ, хотя в каждом из них есть своя специфика[208].

Но это же интервью обличает и мафиозный характер официально признаваемой государствами социологии в толпо-«элитар­ных» обществах. В частности, социология из пустой болтовни на темы о социальных проблемах, которые никто из правящих «элитариев» не собирается решать и не способен решить в практической политике[209], преображается в жизнеречение (см. раздел 8.5), если по выявлении каких-то неопределённостей (а равно проблем[210]) в общественной жизни, социологи переходят к разрешению выявленных неопределённостей (а равно проблем) ко благу общества.

В рассматриваемом нами случае это предполагает выбор одного из двух в качестве истины:

· либо дети простонародья (и не только во Франции, но во всех странах мира) действительно в своём большинстве — прирождённые идиоты, вследствие чего система образования и вынуждена повсеместно осуществлять выбор претендентов для подготовки к учёбе в наиболее «престижных» вузах, в результате чего и возникает «настоящая элита» всякой нации;

· либо система воспитания и образования как семейного, так и школьного, действующая ныне во Франции, на Западе в целом и в любом толпо-«элитарном» обществе, делает из большинства родившихся младенцев идиотов не бесцельно, а целенаправленно — воспроизводя таким способом в преемственности поколений «элитарный» статус космополитичной «элиты» и её хозяев, а также и «элитарный» статус национальных «элит», лояльных проводимой в жизнь концепции глобализации, т.е. библейскому проекту порабощения человечества от имени Бога.

В действительности имеет место и то, и другое.

Факторы культуры, под властью которой живёт простонародье в толпо-«эли­тарных» обществах, таковы, что биологическое вырождение некоторой части населения в преемственности поколений — реальный факт, запрограммированный господствующей культурой как информационно-алгоритмической системой: алкоголь, табак, про­чие наркотики, нездоровые во всех смыслах условия труда и жизни «социальных низов» и, тем более, «отбросов общества» — делают своё дело, в силу чего полноценные учебные программы просто неподъёмны для биологически ущербных детей, ставших жертвами этих факторов на уровне генетики.[211]

Но наряду с этим система образования действительно ориентирована на воспроизводство «элиты» и недопущение в «элиту» тех, чьё приобщение к «элите» по каким-либо причинам признаётся неуместным исторически сложившейся отчасти властной «элитой». При этом один из аспектов функционирования системы образования в толпо-«элитарном» обществе:

· возбуждение мотивации к учёбе у одних и

· подавление мотивации к учёбе у других.

Понятно, что если даже очень одарённый учащийся не мотивирован на учёбу, то спустя некоторое время по контрольным показателям освоения учебной программы он будет неотличим от прирождённого идиота, в принципе не способного освоить эту учебную программу. В этом случае вопрос о его дальнейшем обучении в сильном вузе, образовательные программы которого позволили бы раскрыться его одарённости в полной мере, даже не будет вставать: нет предмета для разговора — потенциальный гений опущен до уровня идиота, и тем самым вакансии в «престижных» областях деятельности сохранены для отпрысков «элитариев», и таким образом задача воспроизводства толпо-«элита­риз­ма» в преемственности поколений успешно решена за счёт некоторой части населения на этапе мотивации детей к учёбе…

Если же отвергнуть толпо-«элитаризм» в качестве нормы бытия человечества, высказанная выше определённость в ответе на вопросы о биологической полноценности выходцев из простонародья и отборе кандидатов системой для дальнейшей учёбы сразу же ставит человека перед другими, не менее важными вопросами:

· Что необходимо сделать, чтобы в последующих поколениях люди в большинстве своём не рождались идиотами, поскольку общество идиотов обречено на самоуничтожение?[212]

· Что необходимо сделать, чтобы система воспитания и образования не превращала в полноценных идиотов вполне нормальных от рождения людей?

Но после перехода к открытому обсуждению в обществе такого рода проблематики, мафиозно правящая «элита» сразу же прекратит финансирование социологов, обратившихся таким образом к нежелательному для «элиты» жизнеречению; а их социология сразу же утратит статус «науки» и перестанет быть официально признаваемой государством в таковом качестве: ведь это же для «элитариев» очевидно — «чумазый не может…»[213]; а если и «может…», — то надо поискать среди его предков «элитариев», которые позволили себе сексуальную вольность с простолюдинкой[214] (либо простолюдином, после чего рождённый от простолюдина ребёнок рос вне семьи своей матери, соблазнившейся на простолюдина); но главное — «чумазый не должен…»: его удел быть «чумазым» и потому всякий «неэлитарий» должен быть «опущен» по социальной иерархии вплоть до дна.

———————

Образование в своей основе по своему характеру может быть различным:

· Текстуально-книжным. Исторически реально на Руси после её крещения такого рода образование имеет корни в византийской культурной традиции, а позднее (от эпохи Петра I) — в европейской науке. Со времён крещения Руси и до краха династии Романовых оно было доступно только «элите», а в советскую эпоху — стало доступно всем, кто того желал и был способен его освоить. Именно его в большинстве случаев и видят за термином «образование».

· Чувственно-интуитивным.Оно во многом не формализовано теоретически единообразно, основано на личностном восприятии Жизни во всех её проявлениях, на переживаниях и сопереживаниях, на воображении. Оно свойственно эзотерическим традициям Востока и также было характерным для той самобытной культуры Руси изначальной, на которую со времён крещения в Х веке на протяжении всего последующего времени наслаивается текстуально-книжное образование, приходящее преимущественно с Запада, — разнородная теоретическая «словесность», большей частью вздорная[215].

На основе того и другого система образования формирует надстройку субъективной осмысленности той информации, которую получают обучаемые из двух названных источников (чувств и текстов), т.е. формирует мировоззрение и миропонимание (в том смысле, как эти компоненты личностной психики определены в главах 2 и 3 настоящего курса).

———————

И хотя в библейской культуре обе названные разнородные информационные основы образования предстают как взаимно изолированные друг от друга, тем не менее они изначально были связаны друг с другом, а их взаимная изоляция — результат исторического развития науки и системы образования в русле библейского проекта порабощения человечества.

В эпоху, когда образование ещё не успело стать сферой профессиональной деятельности, оно было по существу своей организации семейным: один отец учил сына быть пахарем, другой отец учил сына быть государем, третий — ремесленником, четвёртый — купцом и т.п. И в смысле учительства между ними не было никакой разницы. Точно так же и девочек учили в семье прежде всего домоводству как профессии соответственно образу жизни социальной группы, к которой принадлежала семья, и может быть каким-то трудовым навыкам в профессиях, которые тот или иной общественный хозяйственный уклад относил к «женским».

Но во всех этих случаях образование было в своей основе чувственно-интуитивным, т.е. оно шло от конкретики жизни и на основе личностного восприятия этой конкретики строились мировоззрение и миропонимание, вырабатывалась система личностных жизненных навыков (включая и познавательно-творческие навыки).

Разница была только в общественно необходимом профессионализме[216], который воспроизводился, развивался или угасал в каждой родовой (генеалогической) линии в преемственности поколений.

Но степень зависимости общества от каждого из носителей того или иного профессионализма — разная:

· Пахарей, ремесленников и купцов много, и непроф






ТОП 5 статей:
Экономическая сущность инвестиций - Экономическая сущность инвестиций – долгосрочные вложения экономических ресурсов сроком более 1 года для получения прибыли путем...
Тема: Федеральный закон от 26.07.2006 N 135-ФЗ - На основании изучения ФЗ № 135, дайте максимально короткое определение следующих понятий с указанием статей и пунктов закона...
Сущность, функции и виды управления в телекоммуникациях - Цели достигаются с помощью различных принципов, функций и методов социально-экономического менеджмента...
Схема построения базисных индексов - Индекс (лат. INDEX – указатель, показатель) - относительная величина, показывающая, во сколько раз уровень изучаемого явления...
Тема 11. Международное космическое право - Правовой режим космического пространства и небесных тел. Принципы деятельности государств по исследованию...



©2015- 2017 pdnr.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.